Кризис внутриполитической дипломатии Эрдогана: у ПСР появляются серьезные конкуренты

Опубликовано: 23.08.2019

Внутриполитическая дипломатия Реджепа Эрдогана изначально строилась по принципу союзнических отношений со всеми, кто противостоит его главному сопернику – «кемалистам» в лице «Народно-республиканской партии» (НРП). Именно «кемалисты», когда были в силе их военные протеже, долгое время державшие Турцию в своих руках, не давали Эрдогану и его союзникам прохода во власть. Но, как это часто бывает, силовиков подвела экономика, заниматься которой военные, как правило, не обучены. «Эрдогановцы» же, напротив, заявили о себе как об успешных экономистах, что укрепило их позиции и, в итоге, привело к победе над последователями Кемаля Ататюрка…

Новые власти оказались не только хорошими экономистами, но и довольно успешными дипломатами, пытаясь искать возможности для союза и с другими внутритурецкими силами. Так, на определенном этапе правящая «Партия справедливости и развития» (ПСР) попыталась договориться с курдами, которые в 2012 г. основали «Демократическую партию народов» (ДПН), представляющую интересы этно-конфессиональных меньшинств. Правда, мирные отношения с курдской общиной оказались недолговечными, и вскоре ДПН превратилась в еще одну, наряду с НРП, крупную оппозиционную силу.

Зато союз с «Партией национального движения» (ПНД), концентрирующую вокруг себя всех, кого, так или иначе, можно назвать «турецкими националистами», оказался успешен. Сближение властей с ПНД началось в 2015 г., и на сегодняшний день их двухпартийная коалиция («Народный альянс») все еще актуальна.

***

Внутри самой ПСР на первом этапе царило единодушие, лишь изредка прерываемое отдельными всплесками недовольства, которые быстро и легко тушились, поскольку авторитет Эрдогана был непререкаем. Первым крупным расколом стало отмежевание «гюленовцев» – сторонников проживающего в американской Пенсильвании турецкого оппозиционного лидера Фетхуллаха Гюлена. Те, кто изучал внутриполитические особенности Турции, знают, что «гюленисты», хоть и шли в тандеме с ПСР, тем не менее, всегда держались особняком. При этом их политика предполагала скрытое проникновение во все властные структуры, включая и силовые.

Один из первых серьезных публичных споров между Эрдоганом и Гюленом случился в 2010 г. из-за отправки в палестинскую Газу первой «Флотилии свободы». Проживающий в США деятель раскритиковал тогда турецкого лидера за ухудшение отношений с Вашингтоном и Тель-Авивом. В 2013 г. по «гюленовскому» движению «Хизмет» был нанесен серьезный удар – власти начали закрывать систему «дерсане», по праву именовавшуюся «детищем образовательной империи Гюлена». В ответ против Эрдогана и его сторонников была инициирована операция «Большая взятка».

С тех пор бывшие некогда союзниками лидеры стали кровными врагами, и когда наступил «час Х» (июль 2016-го), организация Гюлена (FETÖ) при поддержке «кемалистов» и западных держав попыталась организовать военный переворот. «Гюленовцы», по сути, пошли ва-банк и, как считает часть экспертов, им почти удалось осуществить задуманное. Даже согласно самому Эрдогану, турецкого лидера спасли буквально 10-15 минут, отделившие его от захвата путчистами отеля в г. Мармарис. Есть версия, что свою роль в спасении главы Турецкой республики сыграли и российские службы. Как бы то ни было, FETÖ в итоге проиграло, и внутриполитическое пространство Турции стало активно зачищаться от всех сторонников этой структуры. Это была полная победа Эрдогана, и казалось, что теперь ему и правящей партии ничто не угрожает…

***

Состоявшиеся в 2018 г. в Турции президентские и парламентские выборы в еще большей степени укрепили позиции Эрдогана: он не только стал президентом (поменяв до этого форму правления с парламентской на президентскую), но и его партия вместе с «националистами» получила большинство в «Великом национальном собрании».

2019-ый год не предвещал для турецких властей каких-либо серьезных внутриполитических проблем. Однако состоявшиеся в марте муниципальные выборы привели к потере таких крупных городов как Адана, Анталья, Измир и даже столицы страны Анкары. Но наиболее чувствительным ударом оказалась утрата Стамбула, причем власти совершили здесь очень серьезную ошибку, аннулировав итоги первых выборов и инициировав второй раунд, где кандидат от оппозиции выиграл уже по всем статьям.

Ошибка была в том, что, во-первых, решение отменить первые результаты, по сути, мобилизовало все оппозиционные силы. Во-вторых, и это, наверное, даже более главное – внутри самой ПСР начался раскол. Пока он еще не такой явный, но все идет к тому, что вскоре у партии власти появится серьезный конкурент, причем даже не один.

***

Речь идет о двух политиках, которые уже объявили о возможном создании своих собственных политических движений. Первым является Али Бабаджан, вторым – Ахмет Давутоглу. Последний занимал некогда пост главы ПСР и премьер-министра страны, но в мае 2016-го решил больше не выдвигаться на эти посты. (Кстати, дата этого события весьма интересна, ведь в июле того же года произошла попытка переворота).

Фигура Бабаджана, занимавшего пост вице-премьера, менее известна за пределами Турции, но внутри страны и особенно внутри самой ПСР он имеет определенный авторитет. Именно Бабаджану приписывают те экономические успехи, которые достигла партия власти на своем начальном этапе. Не случайно СМИ пишут о готовности поддержки его движения со стороны таких известных фигур как экс-президент страны Абдулла Гюль и бывший вице-премьер Мехмет Шимшек. Последний примечателен тем, что работает в Doğuş Group, владеющей рядом крупных турецких СМИ.

Все это приводит экспертов к весьма серьезным для Эрдогана и партии власти прогнозам. По мнению аналитиков, уже осенью в Турции будут созданы два новых движения, в которые могут перейти до 80-ти, а то и более, депутатов из ПСР. В добавление к этому существует вероятность того, что ряд ведущих СМИ из союзников Эрдогана могут превратиться в его нещадных критиков. То, что такие прогнозы имеют под собой почву, подтверждается хотя бы тем фактом, что ни Давутоглу, ни Гюль, ни Бабаджан не были приглашены на торжественные мероприятия, посвященные годовщине основания «Партии справедливости и развития». При том, что некогда эти известные политики считались лицом ПСР.

***

Чем обернется зарождающийся в Турции новый внутриполитический кризис, сказать пока сложно. Но ситуация довольно непредсказуема и неоднозначна. В том числе и потому, что непонятна идеология создаваемых движений. Если с «кемалистами», «националистами» и курдами все более-менее очевидно, то со сторонниками Бабаджана, Гюля и Давутоглу не все так просто. Ведь, с одной стороны, они являются выходцами из ПСР, но, с другой стороны, их называют последователями либерального курса. И что это означает с точки зрения внутренней, и тем более внешней политики пока абсолютно не ясно…

Агентство геополитических исследований «Манара»

Muslim Politic

Comments are closed.